Для чего онкопациенту нужен психолог

497

«Хотя болезнь и трагична, но считать её злом было бы неправильно. Зачастую она является следствием нашей внутренней разлуки с Богом, с самим собой и окружающими людьми. Мы не даём себе времени, чтобы остановиться, задуматься об образе жизни, которое тело не выдержало» — Фредерика де Грааф.

Рак — заболевание непредсказуемое, окутанное мифами и домыслами. Оно может внезапно возникнуть у любого человека, независимо от его расовой принадлежности, страны проживания или положения в обществе. На ранних стадиях оно не дает о себе знать, может протекать незаметно для организма. Бывает, во время лечения никто не даёт никаких гарантий. И хотя сегодня 80% онкозаболеваний поддаются успешному лечению, в народе этот диагноз приравнивается к смертному приговору, который обжалованию не подлежит. «Страх рака сильнее самого рака», — все чаще констатируют врачи-онкологи. В медицинском сообществе всё чаще говорят о привлечении к работе с онкобольными онкопсихологов, потому что доказано — от эмоционального настроя во многом зависит динамика выздоровления.

Еще в середине 20 века, один из основателей психосоматической медицины доктор Франц Александер доказал, что эмоциональные факторы играют существенную роль в возникновении заболеваний (соматических расстройств). И предлагал рассматривать любого пациента «как человека со своими страхами, тревогами, надеждами и отчаянием, как единое целое, не просто как носителя органов».

Примерно в то же время выдающийся советский психолог, руководитель психологической лаборатории военного Института авиационной и космической медицины Федор Горбов написал диссертационную работу. В её основу легли наблюдения, которые Федор Дмитриевич сделал во время войны, работая военным врачом в госпиталях. Раз за разом он наблюдал одну и ту же картину: раненые, сильные духом, имеющие смысл и волю к жизни восстанавливались после тяжелейших ранений. И наоборот, бойцы с незначительными травмами, побежденные страхом и унынием, уходили из жизни в считанные дни.

Наблюдения этих выдающихся учёных остаются актуальными по сей день. Столкновение с онкозаболеванием оборачивается для человека чередой испытаний. Да, человек остается в привычной среде, но он горюет по утрате одной из главных опор в своей жизни — по опоре на тело, на свое здоровье. Он переживает разрыв эмоциональных связей, гнев, обиду, печаль, одиночество и собственное бессилие. Иногда в течение всей жизни привыкший быть сильным, не знает, как вести себя в своей беспомощности, как справляться с жуткой тревогой перед неизвестностью, как совладать с самым сильным страхом — со страхом смерти, который мешает жить.

Это естественные переживания для человека, оказавшегося в сложной жизненной ситуации. И если не получается справляться своими силами, необходимо обратиться за помощью к специалисту.

К онкопсихологу обращаются, чтобы:

Получить поддержку. Это особенно оправдано на этапе становления диагноза, во время прохождения лечения, в ремиссии до 1,5 лет, во время возникновения рецидива болезни. Именно в эти периоды человек с онкозаболеванием наиболее остро проживает горе, находится в нестабильном эмоциональном состоянии.

Хорошо, если он получает поддержку у близких и друзей. Но бывает так, что родственники не умеют, не могут или не хотят поддерживать больного. И тогда онкопсихолог может стать тем другим человеком, с которым можно будет прожить эти трудные минуты и начать искать ресурсы и смыслы для новой жизни.

На такую же психологическую поддержку имеют право и родственники онкопациентов. Как показывает практика, для них болезнь близкого — не меньшее испытание. Их жизнь тоже меняется, каждый день наполняется множеством переживаний и вопросов: Как говорить с больным, как его поддерживать, как выдерживать его раздражительность и недовольство? Как не переложить на него свои отчаяние, страхи и горе? Как лучше всего выражать свои чувства? Где находить силы и ресурсы, чтобы жить дальше и помогать тому, кого люблю? Онкопсихолог не сможет дать готовые ответы, но он поддержит человека в их поиске.

Научиться справляться со страхами. Самый сильный из них — страх смерти. Многие онкопациенты описывают его как «сковывающий», «парализующий», «убивающий смыслы и саму жизнь во мне». В своей книге «Разлуки не будет» христианский психолог Первого Московского хосписа Фредерика де Грааф цитирует одного из популярных православных проповедников 20 века митрополита Антония Сурожского, который говорил: «Из-за страха смерти мы боимся жить мужественно — с риском, с дерзновением, с глубиной. Мы боимся жить серьезно, с той радостной полнотой, которая укоренена в любви, в открытости сердца, невзирая на себя, невзирая на возможную опасность и даже смерть… Страдание, болезнь, смерть — есть неотъемлемая часть жизни, причем необыкновенно важная, требующая понимания и принятия».

Суть психологической работы со страхом смерти в том, чтобы начать говорить о нём, сделать его явным, научиться с ним справляться, выработать свое личное отношение к самой смерти. Это не сделает человека бесстрашным (что невозможно), но поможет существенно ослабить влияние страха на жизнь, сделать его переносимым.

Найти новые смыслы и опоры в жизни. Рак — это время, когда надо себя поставить на 1-ое место! И как показывает практика — онкобольным это сделать сложнее всего. Часто им привычнее быть сильным, со всем справляться самостоятельно и находить силы помогать другим. Если жить по-старому уже не получается — силы не те, а по-новому — не известно как, — это тоже хороший запрос для работы с онкопсихологом.

Вкус к жизни возвращается после проработки чувств, душевных травм и застарелых обид. Работа с принятием своего тела; приобретение навыка не копить проблемы, а искать ресурсы для их решения; выработка привычки заботиться о себе, планировать свою жизнь, а также просить о помощи и принимать её, — всё это возвращает человеку ответственность за его жизнь, способствует повышению стрессоустойчивости, появлению новых смыслов и опор в жизни.

При этом психологическую поддержку нельзя рассматривать как самостоятельный курс лечения. Она может давать результаты только в комплексной работе с врачами, другими специалистами помогающих профессий. И часто именно при таком подходе происходит самое главное чудо — запускается механизм исцеления.

Ольга Крутова, онкопсихолог АНО «Благотворительный центр психологической поддержки людей с онкологическими заболеваниями О.П.О.Р.А.»


Комментарии
  • Ирина / 05.04.2019 06:36

    Спасибо за статью! Я нашла вопрос, который зрел долго в глубине сознания! Действительно, самое главное — найти новый смысл жизни! Я привыкла быть сильной, но теперь силы не те, да и цели другие. Но как найти новый смысл жизни и себя в этой жизни????

  • Ольга Викторовна / 05.06.2019 10:03

    Ирина, добрый день.

    С одной стороны, действительно, часто сложные ситуации (в том числе и тяжелые заболевания), заставляют нас взглянуть на свою жизнь по-новому и увидеть свои ограничения. Но парадокс состоит в том, что, осознавая свои ограничения, мы учимся обращать внимание на новые возможности, которые раньше мы не замечали, ресурсы, которые не брали в расчёт.

    С другой стороны, когда я задаюсь вопросом про смысл жизни, то, как психолог, думаю вот о чём. В психологии существует понятие «нормативный кризис» – это когда человек переходит к качественно новому этапу жизни, связанному с определённым возрастом, например. И этот переход сопровождается потерей привычного равновесия, перестройкой мотивационной сферы, утратой старых ценностей и потребностей. В такой ситуации нормально быть растерянным, страшиться неопределённости (мы же живые люди).

    Человек сталкивается с кризисом, когда меняются его социальные роли. Например, в семье появился первый ребенок (и муж и жена стали еще и родителями) или дети выросли и уехали из родительского дома (и теперь не нужно каждый день о ком-то заботиться, но тогда чем же заняться?). Часто растерянность и неопределенность возникает при выходе на пенсию и т.д. В таких ситуациях непросто. А если человек заболел, то ему еще сложнее. Здесь без поддержки родных и близких, специалистов не обойтись.

    Вы пишите «я привыкла быть сильной». Для меня это фраза с двойным дном. Если бы вы пришли ко мне на консультацию, я бы спросила вас: «Какой смысл вы вкладываете в слово «сильная»?». Потому что под такой формулировкой порой прячется что-то другое. Например, «я ничего не чувствую», «я никогда не прошу помощи», «я со всем должна справляться сама». Я бы вас спросила:
    «Ирина, а чего вы хотите на самом деле? Чего вам не достаёт в жизни?».

    Вы спрашиваете: «Как найти новый смысл жизни и себя в ней?». К сожалению, нет единственно правильного ответа на этот вопрос. Могу только рассказать, как сама поступаю, когда сталкиваюсь с ним. Я начинаю задавать себе вопросы и искать на них ответы. Спрашиваю себя: «Кто я? Чего я добилась? Чего я хочу? А чего я хочу на самом деле?» и т.д. В последние годы предпочитаю отвечать письменно. Опыт мой и моих клиентов свидетельствует: в написанном тексте проявляются очень важные для самоанализа детали, которые в простых умственных рассуждениях упускаются из виду. А еще в этот период я заручаюсь поддержкой людей, близких по духу, больше забочусь о себе (замедляюсь, снижаю рабочую нагрузку, соблюдаю гигиену сна и отдыха, больше гуляю, занимаюсь делами, которые меня вдохновляют). Всё это помогает мне справляться с неопределённостью и растерянностью.

    Да, бывает так, что нет рядом людей, на которых можно было бы опереться, что отсутствует навык заботы о себе. В таком случае можно обратиться за помощью и поддержкой к психологу.